Запись - 1962 г. Метро
Авторизация

Забыли пароль? Регистрация
Разделы сайта
Новости Блоги Гостевая Музыка Фото Видео Сообщества Пользователи Форум Онлайн игры Чат
© sovsocium.ru - 2022
Социальная сеть "СОВСОЦИУМ"

1962 г. Метро

1962 г. Метро
Еще одно яркое и хорошо запомнившееся событие моего самого
раннего детства - поездка в метро. Хотя опять же - помню все это со
стороны, будто бы смотрю про себя кино. Чего хотеть! С двухлетнего
возраста в памяти остались крупицы воспоминаний. Все остальное -
реконструкция, по словам матери, плюс собственная фантазия.
Отец ставит меня на пол, а пол подо мною начинает выделывать
такие кренделя, что я не могу на нем удержаться. Я ставлю ногу, а он
проваливается вниз. Я гонюсь за ним, но он, неожиданно, выпрыгивает обратно и больно тюкает меня по пятке. Удар силен и если бы не
руки отца я точно бы улетел куда-нибудь в сторону. Тогда отец делает
следующую попытку. Неудача! Еще одну... еще.. еще... Пол болтается
из стороны в стороны, я топаю-топаю, но мне никак не удается попасть с ним в такт и удержаться на нем.
Родители склонились надо мною ─ они смеются. Я поднимаю голову, чтобы посмотреть на них. Но не вижу лиц, только какие-то смутные
контура, зато хорошо слышу их смех. Они высоко надо мною - не дотянуться, а еще выше - круглые лампы вагона, похожие на большие
желтые капли. Они слепят мне глаза, наверное поэтому я и не вижу
родительских лиц. За окнами чернота и мелькание лампочек, слившихся в одну рваную линию. Здесь очень шумно, намного шумнее,
чем на улице. Шум какой-то давящий, тревожный, и я бы давным-давно испугался и заревел от страха, если бы не сильные руки, которые
держат меня и придают мне смелости.
Народа много ─ на меня смотрят не только отец с матерью, но и
другие люди, возвышающиеся надо мною громадными столбами. Они
тоже смеются. Я не вижу их улыбок, не слышу их смеха, но ощущаю
это. Ощущаю общую теплоту и доброту. Мне становится радостно и я
громко и заливисто смеюсь…
Ставши старше, я уже не так радостно относился к метрополитену. Не скажу, что я не любил его, просто боялся. На меня наводили,
да и сейчас наводят (стоит мне только представить себе метро) дикий
страх плотно закрывающиеся двери вагона. Говорят, это называется
клаустрофобией. Вывих - короче! Может быть. Но мне кажется это
еще и порождение моей буйной фантазии, рисовавшей мне дикие картины возможной паники в вагоне, если вдруг, не приведи господь, чтонибудь случится. Поезд сойдет с рельс или начнется пожар. Как эти,
довольно милые люди, окружающие меня, начнут рвать и топтать друг
друга в надежде вырваться и выжить. Западня!
13
Хотя клаустрофобией я точно болен, поскольку комнаты без окон,
кабины лифтов, глухие металлические двери, даже обычные защелки
в туалетах и те оказывают на меня гнетущее воздействие.
Когда поезд со ярко освещенной станции устремлялся в темный
зев тоннеля, мне становилось жутковато, будто бы я навсегда прощаюсь с землей и светом и останусь в подземелье навсегда. Голова шумела и кружилась, я ощущал, как воздух вокруг меня уплотняется, становится вязким и тягучим, словно сгущеное молоко и надышаться им
уже невозможно. Я судорожно вдыхал его, как рыба выброшенная на
берег, но грудь им не наполнялась. Мне все время хотелось вдохнуть
больше, чем я выдохнул, но этого не получалось. Воздух застревал у
меня в горле, отчего грудь раздирало так, будто меня душили подушкой. Я бледнел и хватался за поручень, чтобы не упасть. Есть мнение, что когда человек сходит с ума (а это состояние, иначе, как безумием, не назовешь), то теряет контроль над временем. Поэтому мне
казалось, что поезд едет бесконечно долго, что он заблудился в кромешной темноте тоннеля и направляется прямиком в ад
4
. Что это - конец? И, чтобы не завопить от страха, я считал время по часам ─
сколько секунд этого кошмара мне остается? Благо ездил я мало, по
одним и тем же маршрутам, и знал наизусть расстояния между станциями
5
.
Еще я боялся стрелок.
На железной дороге я был не так пуглив. Там стрелки пролетали с
грохотом и свистом, но в метро - каждая стрелка отдавалась в моей
трусливой душе. Я боязливо ждал одного - вот сейчас слетит! Слетит
поезд в рельс - со всех сторон стены - и вагон, вместе со мною, сомнется как консервная банка, придавленная ногой. Я физически ощущал, как ломающиеся, сгибающиеся и отлетающие детали вагона
вонзаются в мое тело. Жжжуткий конец!
Садился я, исключительно, в головной или хвостовой вагон, в расчете на то, что при нештатной ситуации из них выбраться будет намного легче, чем из середины состава, где, в начавшейся панике, люди просто перетопчут друг друга и своими телами забаррикадируют
выход. Я всегда с грустью смотрел на толстенные стекла вагоном и
понимал - такие кулаком не разобьешь! На мою радость, не помню
уже когда, после очередного пожара в метро, в вагонах наставили ог4 Вполне возможно, что определенную роль в этом сыграл рассказ «Ставка на веру» Джона Уиндема.
5 Потом у меня была схема метро, где указывались расстояния между
станциями в секундах.
14
нетушителей. Такой железной дурой можно было проломить стекло
любой толщины.
Страх охватывал меня уже, как только я приближался к наземному
павильону метро.
Зато, какое счастье было возвратиться снова на дневную поверхность ─ будто бы тяжкий груз свалился с плеч. В голове стучала только одна мысль ─ жив, жив, жив и еще раз ─ жив!
Полным адом была для меня остановка в тоннеле. Находил такой
ужас, что я с трудом держался на ногах. К тому же, мятежная душа,
требовала только одного - вырваться! Вырваться любой ценой. Поэтому мне приходилось сдерживать свою моторику, чтобы не кинуться, в
испуге, ломать двери, бить стекла...
Такой человек именуется «паникер» и при кораблекрушении его
обычно убивают первым, чтобы остановить всеобщее безумие.
Я, слава богу, ни разу не сорвался, предпочитая лучше упасть без
чувств, как красная девица, поэтому меня так и не убили.
А если еще, к тому же, гас свет, то, как мне кажется, несколько
раз я терял сознание, удерживаясь на ногах. Поскольку провалы в
моей памяти были очень велики. Но свет гас исключительно редко и
обычно, при остановке, я, чтобы подавить нахлынувший страх, пытался читать (что выходило очень плохо) или разглядывать пассажиров,
особенно молодых женщин (что выходило еще хуже). Ведь в голове
кружилась только одна мысль: «Конец! Это последнее, что ты видишь!»
После таких случаев, я сразу же начинал искать маршруты передвижения по городу, минуя метро. Машины у меня не было, на такси
не хватало денег, поэтому я перемещался на троллейбусах и автобусах, лишь в крайних случаях пользуясь метро.
Поэтому год, когда я распрощался с метрополитеном навсегда,
стал для меня самым светлым в жизни.


Культура
Комментарии 0
Пока нет комментариев
Извините, для вас комментирование недоступно
Ко всем записям

Поделиться страницей

Пользователи онлайн
Все